Храмы Каргополя. Архангельская область. 2011 год.

Вследствие неожиданного для меня теплого приема в Лядино, приятной беседы в кафе и обильного ужина с мужем Галины я моментально провалился в сон, едва добрался до кровати. Но утром вскочил слишком рано, задолго до намеченной встречи с хранительницей ключей от церкви — всему причиной белые северные ночи, которые не сравнишь с теми, что все туристы видят в Санкт-Петербурге, в Архангельской области настоящие белые ночи, просто день круглые сутки, только как бы пасмурный ночью.

Поскольку я вскочил рано, у меня образовался небольшой отрезок времени, который я не запланировал ничем занять, но на веранде пил чай хозяин дома.
— Как вам на вид этот дом, который я построил своими руками? — спросил меня муж Галины.
— Вы его полностью построили сами? — выразил я удивление.
— Да, все это, включая электропроводку и отопление, и баню, и два сарая, и беседки — все это я построил своими руками.
— Я считаю, что это самый красивый дом, который я видел в вашем селе, — не кривя душой ответил я.
— Знаешь, мы в прошлом году ездили с Галиной отдыхать в Грецию. Меня там не интересовали пляжи или кабаки, я ездил по деревням, я смотрел, как живут там крестьяне. Сначала внешне меня поразило то, как выглядят их дома, но Греция находится в теплом климате, там несложно построить самому дом, там не требуется строить его с учетом зим и морозов ниже минус 40 градусов. И я разговорился с одним фермером, он показал мне свой дом, я показал ему фото своего дома, который ему сначала показался неприглядным. Но когда я ему объяснил, в каких климатических условиях я живу, этот мужик просто потерял дар речи на несколько минут, а потом долго жал мне руку, цокал языком и угощал меня вином. А у нас иначе строить нельзя – замерзнешь…

Храмы Каргополя. Архангельская область. 2011 год.

Как ни интересно мне было общаться с этим человеком, но в кафе меня уже ждала Любовь, и не только она, и специально приготовленный для меня северный завтрак. Посередине столика стояла тарелка со стопкой огромных блиной, рядом большая чашка со сметаной, и вторая с вареньем; салат из крупных кусков рыбы, огурцов и капусты; большая плошка с солеными грибами и тарелка с вареным картофелем. По глазам Галины я понял, что мне желательно все это съесть. Уф-ф! Я с этим справился в итоге, и мы отправились с ней в сельский храм. При входе внутрь женщина повязала голову платком, мы вошли, и я потерял дар речи. По всем стенам висели древние иконы. Я думал, что мне просто так кажется, но Галина развеяла мои сомнения, сообщив, что это все иконы оригинальные и были написаны в XVII веке, когда церковь была построена, и писали иконы местные жители, а не наемные иконописцы.

— Знаешь, христианство сюда пришло значительно позже крещения Киевской Руси, где-то в XIV веке, и основные гонения на языческие обряды уже стихли. — Начала свой рассказ Любовь. — Поэтому народ здесь спокойно и тепло принял христианскую веру, а свои “языческие” обычаи остались как бы в повседневной жизни, или переплелись с христианскими обрядами частично. То есть, все веруют в Христа Спасителя, но вот некоторые народные обряды у нас сохранились. Например, по христианскому обычаю не принято продавать землю под могилу, но по нашему обычаю родственники умершего обязаны кинуть несколько монет на гроб, чтобы символически оплатить стоимость земли. Или, когда свадьба, то вслед за венчанием идет традиционный проход молодеженов по главной улице, на которой все жители на деревьях и заборах повязывают много цветных лоскутков, жених и невеста выкупают свой путь по дороге, бросая сельчанам мелкие монеты, конфеты, игрушки и зерно. Некоторые это называют язычеством в православных книгах, но мне кажется, что язычество — это когда другим богам поклоняются. Где то так, вот…

Храмы Каргополя. Архангельская область. 2011 год.

Меня поразила глубина веры этой женщины и ее рассудительная спокойная глубинная мудрость. Некоторые христианские книжники, мне кажется, и веруют слабее, и путают обряд с каноном, а нередком подменяют обрядом каноны. Главный ведь канон в том, чтобы Бога возлюбить превыше всего, а ближнего, как самого себя. И я ощущал, что рядом стоящая женщина открыта душой мне, неизвестному страннику и гостю также, как на молитве она открывается Богу (с поправками, понятно, о личном мы не говорили). Примечательно, что с некоторых пор местная епархия по какой-то причине перестала сюда присылать священников для людских треб и богослужений. Люди привыкли молиться и служить Богу без священника. Кто знает, насколько они неправы, да у них и выбора другого нет. Такие дела.

Мое прощание с обретенными в Лядино друзьями было теплым и долгим. Они по несколько раз брали с меня обещание приехать снова, я отвечал им обещанием обязательно посетить Лядино снова. Был ли я искренен в тот момент? Безусловно! Я мог сомневаться в том, что мне удастся здесь снова очутиться, но в одном я был абсолютно уверен — я очень хотел увидеть этих людей снова, и вообще, больше таких людей встречать. И слезы при расставании у меня на глаза навернулись настоящие.