Иркутский порт. Дьяконов и Андреев пьют портвейн

Предыдущую часть читайте здесь.

Отношение людей к Великому неизбежно основывается на изначально языческом мироощущении. Сколь бы рациональным индивидуальное понимание природы вещей и явлений ни было, под слоями побелки и штукатурки цивилизованного отношения к действительности скрывается грубая кладка страха небытия, выраженного стремлением человека опосредовать свою причастность к стихиям, исполненным животворными силами. Таково отношение Снегурочки к Ярилу. Таковыми оказались мои отношения с озером Байкал.

К сожалению, сейчас, когда я сижу глубокой ночью в уютной городской квартире на кухне и пишу эти строки, у меня получается вспомнить больше действий и поступков, нежели передать все нюансы состояния. Всем известно, кухни умиротворяют одних, вызывают критический настрой у других, но это все грубые эмоции, слишком прагматичные – кухонная мебель любая заражает эдаким кухонным прагматизмом. И тонкие ощущения если и всплывают, то, когда достанешь (опять же) из холодильника холодной водочки… И все равно, не то, не должно быть здесь быть кулинарных запахов комфортной городской кухни. Но вернуться на Байкал за воспоминанием именно тонких ощущений не в моих силах.

А тогда, сидя в последнюю перед отъездом ночь на берегу этого великого озера, я размышлял о природе взаимоотношений бренных людей и вечной воды. Обнаружив, в конце концов, за собой моральное право на любительское язычество, я решил перед расставанием оформить наше с Байкалом сожительство в некое подобие брачного союза, что предполагало проведение импровизированной культовой церемонии. Изобретать языческие обряды мне до сих пор не доводилось, поэтому первый шаг был продиктован вдохновением, а не методикой: большим плоским камнем я выкопал в прибрежном песке ямку глубиной около 25 сантиметров. Поскольку предназначение её мною определено не было, я принялся рассуждать: языческий ритуал предполагает – а) действо, акцию; б) какое-либо «полярное» результирующие изменение (что-то либо возникает, либо исчезает, уничтожается); и, наконец, в) содеянное претендует, как правило, на некую формальную целостность и завершённость.

Если соблюдение пункта «в» зависело, по моему разумению, лишь от аранжировки, то усадить «а» и «б» на трубу практических действий оказалось непросто. Ввиду радикального характера пункта «б» жертвоприношение я сразу же отбросил как деяние, абсолютно неуместное на намечаемом празднике Бытия; разрушать на пустынном берегу Байкала было нечего. Свести же акцию к библейскому разбрасыванию камней означало, во-первых, оскорбить её языческую природу, а, во-вторых, нарушить условия пункта «в». Оставалось возведение культового сооружения, имеющего законченную форму.

“A” ©

Читайте дальше.